Вот уже год преданные жили в двух квартирах на седьмом этаже Акаш-Ганга-билдинга, в самом центре Бомбея. Но Прабхупаде этого было мало. Ему была нужна земля под строительство с перспективой дальнейшего расширения. И настроен он был весьма решительно. Вместо обычных утренних прогулок Прабхупада теперь ездил по городу на автомобиле в поисках подходящего места...

 

Бомбей

Ноябрь 1971 года

Вот уже год преданные жили в двух квартирах на седьмом этаже Акаш-Ганга-билдинга, в самом центре Бомбея. Но Прабхупаде этого было мало. Ему была нужна земля под строительство с перспективой дальнейшего расширения. И настроен он был весьма решительно. Вместо обычных утренних прогулок Прабхупада теперь ездил по городу на автомобиле в поисках подходящего места.

Поскольку большинство свободных членов ИСККОН жило в аристократическом районе на Малабарском холме, ученики Прабхупады считали, что это самое подходящее место для будущего храма. Несколько раз Прабхупада поднимался на вершину холма и ходил, осматривая земельные участки и крупные здания, в которых мог бы разместиться храм. Но по разным причинам ни один из этих домов ему не подходил.

И вот в ноябре некий господин Н. предложил ИСККОН купить у него два гектара земли в Джуху, на самом берегу Аравийского моря. Едва прибыв на место, Шрила Прабхупада вспомнил, что уже был здесь несколько лет назад. В августе 1965 года, за несколько недель до поездки в Америку, он некоторое время жил в «Синдия-Колони». Вечерами в доме владелицы судоходной компании «Синдия» госпожи Сумати Морарджи он читал и комментировал для нее и ее гостей «Шримад-Бхагаватам». Несколько раз он проходил мимо этого участка земли, отмечая про себя, какое это удачное место для ашрама и храма Радхи-Кришны. Хотя на тот момент мысли его были заняты предстоящим отъездом из Индии, он не забыл про это местечко в Джуху. И вот он снова здесь, на той земле, которую приметил еще несколько лет назад. Прабхупада расценил этот факт как знамение Кришны.

Участок зарос бурьяном, кустарником и кокосовыми пальмами, а в дальней его части стояло несколько жилых домов. Он выходил на Джуху Роуд, главную транспортную магистраль, ведущую в центр города, который находился в двадцати девяти километрах к югу от Джуху. А до широкого песчаного пляжа на берегу Аравийского моря было и вовсе рукой подать.

Место было хорошее — тихое, но в то же время не слишком отдаленное. Неподалеку на берегу стояло несколько пятизвездных отелей, а рядом велось строительство новых гостиниц и квартир. Прабхупада прошелся по берегу, и идея покупки земли стала казаться ему еще более заманчивой. Здесь было много загородных вилл, в которых зажиточные индийцы проводили выходные, а на пляже по выходным отдыхали тысячи жителей Бомбея. Кроме того, каждое утро сотни горожан перед рабочим днем гуляли по широкой, протяженной прибрежной полосе. Но несмотря на постоянное обилие отдыхающих, берег оставался чист. Ласковый прибой и простор неба влекли сюда людей. Это было идеальное место не только для отелей, но и для центра сознания Кришны.

Прабхупада мечтал о земле в Джуху, и, хотя ученики продолжали показывать ему дома на Малабарском холме, решение уже было принято. Ученики уважали его желания, но перспектива поселиться так далеко от центра, на заброшенном пустыре, где не было ни храма, ни даже пристойного жилья, их немного пугала.

Г-н Н., владелец двух гектаров земли, назвал вполне приемлемую цену и производил впечатление человека доброжелательного и искреннего. Но такие сделки всегда рискованны, а в данном случае у Прабхупады даже было основание ему не доверять. Через своего юриста он выяснил, что некоторое время назад г-н Н. уже договорился о продаже этого земельного участка компании К., однако впоследствии расторг договор. Компания подала на г-на Н. в суд, и если Верховный суд Бомбея решит вопрос в пользу компании, то земля перейдет к ней. Г-н Н. заверял секретаря Прабхупады, что компания К. не сможет выиграть дело, но в любом случае ИСККОН может задержать какую-то часть платежей до тех пор, пока тяжба с К. не закончится.

Г-н Н. был в Бомбее видной фигурой. В прошлом шериф Бомбея (весьма уважаемая полицейская должность), а ныне — издатель одной из крупнейших в Бомбее ежедневных газет на английском языке, он был богат (ему принадлежало несколько земельных участков в Джуху и в самом Бомбее) и влиятелен — словом, не тот человек, с которым можно бороться. Чтобы отважиться на покупку земли в Джуху при таких обстоятельствах, нужно было обладать немалой смелостью.

В конце декабря Прабхупада встретился с супругами Н. Их усадьба располагалась на берегу, и этот визит дал ему возможность лишний раз оценить красоту этого райского уголка, окруженного пальмами, склоняющимися к морю. «Теософская колония», где жили супруги, представляла собой поселок из дорогих особняков с роскошными лужайками и цветниками, и множеством экзотических птиц. По обе стороны дороги, ведущей к владениям г-на Н., росли деревья ашока, а двор окружали росшие вдоль массивного каменного забора пальмы. Прабхупаде и нескольким его ученикам открыл садовник.

Г-н Н. был невысок, коренаст, с коротко остриженной лысеющей головой и следами оспы на круглом лице. На вид ему было лет пятьдесят. Госпожа Н., с необычной для индианки короткой стрижкой, была светлокожа. Прабхупада принес с собой цветочные гирлянды и прасад Божеств Радха-Кришны из бомбейского храма ИСККОН и вручил их хозяевам. Г-н Н. с супругой пригласили гостей на террасу с видом на живописный сад.

Шрила Прабхупада откровенно сказал хозяину, что земля в Джуху ему нравится, но у него очень мало денег. Однако г-н Н., казалось, был расположен к Прабхупаде и заявил, что хочет продать землю именно ему. Они быстро пришли к устной договоренности. Г-же Н. условия показались чересчур мягкими, и она попыталась было вмешаться, но муж ее остановил.

Прабхупада и г-н Н. договорились о задатке в двести тысяч рупий, после внесения которого ИСККОН сразу получает право на владение землей. Оставшуюся сумму, которая составляла миллион четыреста тысяч рупий, ИСККОН выплатит позднее, по частям. Затем Прабхупада обсудил условия выплаты задатка. Он предложил заплатить пятьдесят тысяч рупий сразу, и еще пятьдесят — чуть позднее, после чего ИСККОН получит право занять землю. Как только они уплатят оставшиеся сто тысяч рупий задатка, господин Н. передаст ИСККОН документ на собственность. Г-н Н. согласился.

Шрила Прабхупада был очень осторожен в таких делах и тщательно продумывал все детали. Он часто говорил, что, если бизнесмен уверяет вас: «Сэр, ради вас я остаюсь без прибыли», — ясно, что он лжет. Поэтому еще в первые годы существования ИСККОН, в Нью-Йорке, когда г-н Прайс, агент по недвижимости, строил из себя благодетеля преданных, Прабхупада был начеку. Однако вопреки всем его предостережениям, этот пройдоха все же обманул преданных. Сейчас, как и тогда, Прабхупада был весьма осмотрителен, но он очень хотел купить землю в Джуху и потому шел на риск.

Прабхупада уже имел подобный опыт. В 1953 году, в Джханси, он занял здание, не имея на то законных прав и финансовых возможностей. В США, в свой первый храм в Нью-Йорке, он переехал, не зная, чем будет платить за аренду в следующем месяце. То же было и с самым большим на тот момент храмовым зданием ИСККОН — церковью на Уоцека-Авеню в Лос-Анджелесе. Движение никогда не достигло бы такого размаха, если бы раз за разом он не шел ради Кришны на риск. Когда преданные из Бостона написали Прабхупаде, что сняли большой дом за тысячу долларов в месяц, надеясь зарабатывать эту сумму усиленной продажей «Назад к Богу», Прабхупада остался очень доволен и даже ставил их в пример другим. Так что риск бомбейской покупки не был для него чем-то необычным.

Убедившись, что возможность приобретения здесь земли вполне реальна, Прабхупада начал делиться своим виденьем грандиозного бомбейского проекта с учениками. 22 декабря он написал Ямуне:

Здесь, в Бомбее, у нас появилась неплохая перспектива купить совсем недорого большой земельный участок в Джуху, в центре богатого района. Мы разобъем здесь лагерь и немедленно приступим к строительству храма. Позднее мы построим здесь же большую гостиницу и школу. Еще у нас есть хорошая возможность приобрести замечательную виллу в Бомбее. Таким образом, мы создадим штаб-квартиру в Бомбее, а также построим центры во Вриндаване и Майяпуре.

Преданные во всем мире были в восторге от планов Прабхупады, связанных со строительством бомбейского центра, и только бомбейские преданные испытывали смешанные чувства. Представить себе, как на этом диком, заросшем участке земли поднимется храм, было непросто, как непросто было вообразить и пятизвездный отель ИСККОН, о котором толковал Прабхупада. Жилые дома в глубине участка были заселены полностью, и, согласно индийским законам, никто не имел права выселить оттуда жильцов. Если преданные обоснуются здесь, им придется построить временные жилища или даже временный храм, а тут полным-полно комаров и крыс. Джуху — небольшой, удаленный район, и здесь у ИСККОН нет богатых покровителей. Хотя Прабхупада (и торговцы землей) предсказывали, что Джуху будет расти и развиваться, на тот момент это был всего лишь небольшой поселок на две тысячи человек. Жизнь в Джуху будет резко отличаться от жизни в комфортабельном Акаш-Ганга-Билдинге в центре Бомбея.

— Мы — западные люди, — объяснял Прабхупаде Тамала-Кришна, — и не можем жить в таких условиях. Мы привыкли к ручкам на дверях и к водопроводу.

— Неужели вы не хотите очиститься? — удивился Прабхупада.

Когда бомбейские преданные узнали о разговоре Тамала-Кришны с Прабхупадой, слова «Неужели вы не хотите очиститься?» глубоко запали им в душу. Они поняли, что призыв Прабхупады к большему аскетизму был продиктован лишь заботой об их высшем благе. И тогда преданные увидели в проекте Джуху не нудную тяжелую работу, а возможность совершить духовный подвиг. Их духовный учитель придавал большое значение проекту ИСККОН в Джуху, и проект этот был грандиознее и чудеснее, чем все они могли в тот момент себе представить.

Прабхупада понимал, что требует от своих учеников больших жертв, но не мог поступить иначе. Ради проповеди сознания Кришны преданный должен быть готов терпеть множество лишений, но какие бы аскезы ни возлагал на своих учеников Шрила Прабхупада, сам он всегда был готов на большее. Он не считал, что жизнь на неосвоенной земле будет для его учеников чрезмерно трудной, но при условии, что они будут поддерживать чистоту и повторять «Харе Кришна», однако понимал, что им самим, уроженцам Запада, такая жизнь может показаться нестерпимой.

Но, как бы то ни было, проповедник должен идти на жертвы – не из гордости и не напоказ, а для того, чтобы расширять Движение сознания Кришны. Порой служить Кришне легко и радостно, а порой трудно. Но, что бы ни случилось, преданный должен исполнять свой долг в умонастроении преданного слуги своего духовного учителя.

Прабхупада советовался с учениками, делясь с ними своим видением развития ИСККОН в Бомбее. Хотя абсолютно все ученики были готовы принять все, что он скажет, некоторые из них все же сомневались в успехе и пребывали в нерешительности, но, видя, сколь категорически настроен их духовный учитель, они забыли все свои сепаратистские настроения. Вскоре Прабхупада отправился в Джайпур, чтобы в течение недели проповедовать в храме Радха-Говинды.

Бомбей

24 января 1972 года

В Бомбее Прабхупаду ждало разочарование. Преданные не рассчитались с г-ном Н. и ни на шаг не продвинулись в освоении участка в Джуху. Мадхудвиша Свами, которого Прабхупада оставил там вместо себя, честно признал свою неспособность нести ответственность за столь сложный проект. Ранее эта задача была возложена на Тамала-Кришну, но теперь он принял санньясу и ради странствий и проповеди сложил с себя полномочия секретаря Джи-би-си. Прабхупада остался в Бомбее без представителя. Прабхупада и так уже исполнял львиную долю обязанностей, но за всем уследить не мог, как не мог и постоянно оставаться в Бомбее.

Подыскивая опытного ученика, способного возглавить проект в Джуху, Прабхупада подумал о Брахмананде Свами, который в тот момент проповедовал в Найроби. Прабхупада решил слетать в Африку и пригласить Брахмананду Свами в Бомбей. Действовать нужно было немедленно, чтобы ИСККОН как можно скорей мог вступить во владение землей. Если преданные уже поселятся на этой земле, то даже если г-н Н. вдруг передумает, избавиться от них ему будет непросто.

***

Брахмананда Свами видел, что Прабхупаду больше всего заботит его бомбейский проект.

— Единственная причина моего приезда, — сказал Прабхупада Брахмананде Свами, — привлечь к этому проекту тебя.

Однажды он спросил у Брахмананды Свами:

— Какой город в Индии самый важный?

— Калькутта? — предположил Брахмананда.

— Калькутта? — переспросил Прабхупада, с удивлением глядя на него. — Разве ты не знаешь, что на первом месте стоит Бомбей, на втором — Дели, и только за ними идет Калькутта?

Прабхупада вдохновлял Брахмананду Свами поехать с ним и заняться бомбейским проектом. Это будет уникальный комплекс ИСККОН – сочетание религии и культуры в виде величественного храма, международного отеля, театра и диорамы. Видя горячее желание своего учителя, Брахмананда Махарадж согласился передать свои обязанности в Найроби другим преданным и помочь Прабхупаде в Бомбее.

Визит Прабхупады в Найроби оказался полезным для бомбейского проекта еще по одной причине. Разглядывая с Чьяваной и Брахманандой Свами отель «Хилтон» в Найроби — современное здание с парными круглыми башнями — Прабхупаде оценил дизайн и решил подсказать своему архитектору использовать эту идею в проекте гостиницы и храма в Бомбее.

***

За тот месяц, пока Прабхупады не было в Бомбее (он уехал 10 февраля), преданные в назначенный срок выплатили г-ну Н. 50 000 рупий. Постепенно в Джуху перебралось несколько преданных. Жили они в палатке, где по ночам им не давали спать крысы и комары. Пытаясь расчистить за­росли бурьяна, они наткнулись на груду пустых бутылок и выгребную яму. Без Прабхупады решимости у них заметно по­убавилась.

Но тут приехал Брахмананда Свами, которого Прабхупада назначил руководить бомбейским проектом. Он вернулся из Калькутты, где был вместе со Шрилой Прабхупадой. Брах­мананда Свами заразил бомбейских преданных своим энтузи­азмом. Им предстояло расчистить землю и немедленно поста­вить пандал. До этого Брахмананде Свами никогда не приходилось ставить пандалы, но он заключил договор с подрядчиком на строительство нескольких домиков из пальмовых листьев (чхатаи) для преданных и установку шатра для про­ведения фестивалей. Однако до начала строительных работ преданные должны были как следует расчистить землю.

Г-н Сетхи, сосед и свободный член ИСККОН, нанял бригаду рабочих, чтобы вырубить дикие заросли. Пришли на помощь и некоторые другие свободные члены Общества из Бомбея. Сам г-н Н. прислал одного из своих помощников, г-на Матара, чтобы тот руководил работами по рас­чистке земли. Работали и преданные, готовясь к возвраще­нию Прабхупады.

Вскоре в «Харе-Кришна-лэнд» прибыли Шри Шри Радха-Расавихари. Они приехали на такси с преданными, державшими Их на коленях. Пока Их временной обителью стал шатер. До этого Божества находились в Бомбее — с тех самых пор, как преданные привезли их на программу в пандале, что проходила на Кросс-Майдане. В честь того события по набережной Чоупатти состоялась праздничное шествие, и когда преданные вернулись, Радха-Расавихари во всем великолепии ожидали их на богато украшенном паланкине. Беломраморный Кришна держал серебряную флейту, а Радхарани благословляла всех поднятой ладонью правой руки. Они были прекрасны.

Затем Радха-Расавихари переехали в Акаша-Ганга-билдинг, где преданные постепенно довели поклонение Им до надлежащего уровня. Когда Пра­бхупада отдал указание перевезти Радху-Расавихари в Джу­ху сразу же, как только будет выплачен первый взнос, пре­данные удивились:

— Зачем Божествам переезжать до того, как все будет готово? Не лучше ли Им подождать, пока мы построим храм?

— После того, как Божества установлены, Их уже никто не сможет оттуда убрать, — ответил Прабхупада.

Прабхупада лучше, чем кто-либо другой, знал, как следу­ет поклоняться Радхе-Расавихари, но сейчас самым важным было закрепиться на этой земле. Как иначе, рас­суждал он, можно возвести Радху-Расавихари на царский трон в храме, если Они Сами не утвердят за Собой право собственности, поселившись в Джуху? Прибытие Радхи-Расавихари создало для преданных дополнительные трудности, поскольку теперь они должны были во что бы то ни стало проводить утреннюю пуджу и шесть раз в день готовить для Божеств на своей примитивной кухне. Даже шатер для Радхи-Расавихари был установлен не очень прочно и колыхался на ветру.

Однако Шрила Прабхупада рассматривал переезд как сво­его рода духовный тактический прием. Он был уверен, что все, кто имеет отношение к проекту — он сам, владельцы земли, мунципалитет Бомбея — согласятся, что, раз Кришна уже поселился здесь, то эта территория теперь принадлежит Ему. Но, поскольку Прабхупаде приходилось просить по­терпеть неудобства Самого Господа Кришну, он молил Радха-Расавихари: «О Господь, пожалуйста, останься здесь, и я построю для Тебя великолепный храм».

К возвращению Прабхупады в Бомбей Радха-Расавихари уже были установлены на помосте пандала. Народу на про­граммы собиралось не так много, как в центре Бомбея, — не более пятисот человек каждый вечер, но Шрила Прабхупада был доволен. Фестиваль проходил на их собственной земле, и это было только начало.

Каждый вечер Прабхупада читал в пандале лекции, участвовал в киртанах и церемонии арати для Радха-Расавихари. Панчадравида Свами собрал пожертвования: пять тонн дала, риса и муки, поэтому преданные каждый день готовили кичари на сто двадцать пять человек, которое раздавали бесплатно. Вечером Прабхупада лично раздавал халаву с подноса Божеств, и толпа, включая состоятельных бизнесменов с их женами, устремлялась вперед, чтобы получить прасад. Прабхупаде так понравился фестиваль, что он велел преданным сохранить шатер, чтобы регулярно проводить здесь подобные программы.

Жил Прабхупада, как и остальные преданные, в палатке, пока г-н Ачарья, один из самых дружелюбно настроенных жильцов многоквартирных домов, что стояли на участке, не предложил ему остановиться у него.

Уже через несколько дней после приезда в Джуху Пра­бхупада был готов провести церемонию закладки фундамен­та и первого камня. Это было еще одним тактическим ходом, который он предпринимал, чтобы закрепить за собой право на землю. Но дело было не только в тактике: он хотел как мож­но скорее построить здесь храм. Не пристало Радха-Ра­савихари стоять в палатке, Им подобает находиться в защи­щенном месте, на мраморном алтаре, на симхасане из серебра и тикового дерева; рядом должны стоять мурти двух гопи, Лалиты и Вишакхи, а над храмом должны возвышаться мра­морные купола высотой более тридцати метров. Тысячи лю­дей будут каждый день приходить в храм на даршан и прасад.

И вот однажды утром, в самый разгар фестиваля, Прабхупада вместе с преданными, жившими в Джуху, провел простую и скромную церемонию закладки первого камня. Выкопав глу­бокую яму, они обложили ее дно кирпичом. Спустившись в нее, Прабхупада установил там Божество Шеши. Потом, си­дя на скромном возвышении, он стал бить в медный гонг, аккомпанируя киртану; преданные же по очереди подходили и бросали в яму пригоршни земли, пока яма не заполнилась до­верху, а дым от жертвенного костра тем временем медленно поднимался к небу.

Услышав, что Брахмананда Свами согласился заплатить подрядчикам за сооружение пандала сорок тысяч рупий, Прабхупада очень рассердился. Опять та же история: глупые западные ученики позволяют себя обманывать. Прабхупада отказался платить такую сумму: четырех тысяч им за глаза хватит. Когда подрядчики пришли разбираться, Прабхупада сказал, что денег у него мало и они должны быть довольны тем что дают. Те было возмутились, но Прабхупада разгневался и отрезал:

— Какие могут быть возражения? Вы и так имеете пятьсот процентов прибыли!

Когда они ушли, Прабхупада сказал:

— Стоит им нас увидеть, они сразу же думают, что у этих американцев денег куры не клюют. Мы пытаемся что-то сделать в Индии, но как только начинаем тратить деньги, то переплачиваем по пятидесяти процентов, и только потому, что вам, американцам, не хватает опыта. Что тут поделаешь? Индийцы хотят выудить у вас деньги и безбожно врут.

Жители соседних домов жаловались на громкие киртаны, раздающиеся во время фестиваля из громкоговорителя. Они и так устали от того, что их арендодатель, г-н Н., тянул с ремонтом зданий, порой заставляя их неделями сидеть без воды, когда ломался водопровод, и неожиданное и вынужденное соседство с двумя десятками американских преданных лишь усилило их недовольство. Некоторые из соседей были христианами и к вайшнавизму относились с неприязнью, опасаясь, что дети их могут вновь стать индусами. Некоторые жители обвиняли преданных в посягательстве на их личную жизнь, другие критиковали их за то, что они ссорятся друг с другом, а третьи — за то, что неженатые мужчины живут слишком близко от незамужних женщин, хотя и в отдельных помещениях.

Однако некоторые из соседей видели, что западные вайшнавы трудятся изо всех сил, искренне поклоняясь Радхе и Кришне. И никто из жильцов не критиковал Прабхупаду, поэтому, когда Прабхупада был там, он мог их успокоить и уладить любой конфликт. Но Прабхупада знал, что, стоит ему уехать, ситуация может легко измениться.

***

Брахмананда Свами сообщил ему, что с тех пор, как он уехал из Найроби, проповедническая деятель­ность там практически прекратилась. Прабхупада согласил­ся, что Брахмананде следует вернуться к исполнению своих прежних обязанностей.

И снова Прабхупаде пришлось искать того, кто мог бы возглавить его бомбейский проект. На этот раз он остано­вил свой выбор на Гирирадже, молодом брахмачари, кото­рый очень успешно проповедовал в Индии, привлекая в ИСККОН больше всего свободных членов. Поскольку самое главное для руководителя данного проекта, рассуждал Пра­бхупада, — уметь собирать пожертвования и находить сво­бодных членов, и поскольку Гирирадже это хорошо удается, то, несмотря на молодость и неопытность, он обладает основ­ными качествами, необходимыми для того, чтобы справить­ся с возложенными на него обязанностями. Прабхупада уже убедился в том, что Гирираджа прост, послушен и готов от­дать все свои силы осуществлению бомбейского проекта.

Гирираджа: Шрила Прабхупада спросил:

— Справишься, Гирираджа?

— Да, Шрила Прабхупада, как пожелаете, — ответил я.

На самом деле, меня это не очень обрадовало, но я понимал, что нужно быть преданным своему духовному учителю и делать все, что он скажет. И согласился. Прабхупада сказал, что хорошее управление — значит делать все, что требуется. Позже, когда я пришел к Шриле Прабхупаде, он, сидя за письменным столом, сказал мне:

— Теперь ответственность за проект полностью на тебе.

Услышав эти слова, я вздрогнул, так как не привык брать на себя ответственность.

Когда Прабхупада был в Бомбее, к нему на лекции при­ходил молодой архитектор из Голландии Ханс Кильман, ко­торого �